Первое заседание Диалоговой площадки "Диалоговый Меридиан, 21"

25 марта 2019 г.

 

Россия и Европа в условиях глобальной миграции

 

Совместно с Королевским институтом международных отношений

(Институтом Эгмонта)

при поддержке Посольства России в Бельгии

 

С российской стороны принимают участие:

Элеонора МИТРОФАНОВА – посол, руководитель Федерального агентства по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству;

Алексей ГРОМЫКО - Директор Института Европы РАН, член-корреспондент РАН, председатель Экспертного совета Института лингвоцивилизационных и миграционных процессов;                    

Андрей ЛИСИЦЫН-СВЕТЛАНОВ – академик РАН, главный научный сотрудник Института государства и права РАН, член Европейского юридического института, член Международной академии сравнительного права (Франция), член Академии права и общественных наук (Аргентина), Кавалер ордена Леопольда II (Бельгия), член Экспертного совета Института лингвоцивилизационных и миграционных процессов;              

Владимир ЗОРИН - заместитель директора Института этнологии и Антропологии им. Миклухо-Маклая РАН, первый заместитель председателя Ассамблеи народов России, экс-министр Российской Федерации, доктор политических наук, член Экспертного совета Института лингвоцивилизационных и миграционных процессов;

Юрий КОЛЕСНИКОВ - консультант МИД России, член Экспертного совета Института лингвоцивилизационных и миграционных процессов.

Участие по приглашениям, информация по итогам мероприятия будет опубликована

 

Концепция 

           В современном мире происходит стремительный рост объемов легальных и нелегальных миграционных потоков в европейские государства, в особенности из стран с нестабильной социально-экономической обстановкой.

            По данным ООН в 2017 году число мигрантов в мире составило
258 млн. человек, что на 85 млн. человек больше, чем в 2000 году (численность мигрантов увеличилось на 49%). Из общего числа мигрантов 29 млн. человек являются беженцами. Растет и доля мигрантов в составе всего населения планеты. В десятку ведущих стран по количеству принимаемых мигрантов входят 6 европейских государств: Германия (2 место), Российская Федерация (3 место), Великобритания (5 место), Франция (8 место), Испания (9 место), Австрия (10 место).

            Очевидно, что анализ и, возможно, переоценку применяемых теорий и практик миграционного регулирования следует начать с обсуждения и выработки понимания того объекта, на которые они направлены – феномена «внешней миграции».

            В XX веке внешняя миграция успешно поддавалась управлению со стороны государств-реципиентов и в меньшей степени зависела от воздействия внешних факторов. Современные средства коммуникации - интернет, телевидение, телефонная связь - были малодоступны мигрантам, слабо развиты, либо вовсе отсутствовали. Транспортная инфраструктура также была менее развита. Таким образом, переезд в другую страну проживания грозил фактическим разрывом культурных и языковых связей с бывшей родиной. Принятие решения об эмиграции было своего рода экзистенциальным выбором человека.

            Сегодня мигранты активно вторгаются во все сферы деятельности принимающих государств, пытаясь повлиять на перераспределение финансовых ресурсов, приезжают «завоевывать» страны, опираясь на создаваемые ими культурные, конфессиональные, политические движения.

            Есть множество взглядов на сущность внешней миграции. Она может использоваться как средство лоббирования интересов различных транснациональных, международных организаций, сообществ, транснациональных преступных групп. Возможно также искусственное стимулирование миграционных потоков в целях дестабилизации обстановки в стране, принимающей мигрантов. Под прикрытием идеологических лозунгов и при содействии мигрантских диаспор может осуществляться деятельность по перераспределению мировых экономических ресурсов, например, по линии противостояния
«Север» – «Юг».

            Таким образом, вопрос о том, что же представляет собой «внешняя миграция» остается открытым. Видится, что для понимания «внешней миграции» следует изучить не только ее внутреннюю природу, но и получить представление о ее месте, функциях в структуре трансграничных, международных, внутригосударственных процессов.

            Дискуссия на эту тему имеет большое научно-практическое значение и позволит приблизиться к выработке новых подходов регулирования миграции на различных уровнях государственного управления в области культурной, образовательной, социальной, экономической, внешней политики, будет способствовать выработке мер по своевременному реагированию на вызовы и угрозы национальной безопасности, станет отправной точкой для решения вопросов предоставления гражданства, определения роли
лингвоцивилизационного фактора в системе трудовой миграции.

Беженцы и гражданство

            Предоставление гражданства иностранным гражданам является наиболее ответственным этапом их интеграции в общество, так как в дальнейшем «новые» граждане будут пользоваться теми же правами, что и коренное население. Желательным результатом натурализации является решение демографических проблем, приумножение культурного достояния и экономического благосостояния.

            На практике баланс интересов коренных и «новых» граждан не соблюдается. Вновь прибывшие граждане начинают через институт государства и права навязывать коренному населению свои традиции, стереотипы, культуру, а также требовать большего к себе внимания со стороны государственных финансовых структур.

             Проблема усугубляется тем, что механизм «социальной лестницы» в период адаптации мигрантов не работает.

              Коренное население стран иммиграции вырабатывает ответную реакцию, которая выражается в недовольстве мигрантами, расовой дискриминации и ксенофобии. Проведенный в 2017 году службой Ipsos опрос 18 тыс. человек в
25 странах мира показал, что только 21% опрошенных полагают, что иммиграция оказала положительное влияние.

             В этом контексте возникает вопрос о том, чьи права имеют первостепенное значение для государства – права коренных граждан или права мигрантов (будущих граждан страны), прибывших из иностранных государств?

Необходимо понять, на каком этапе интеграции мигранта и на каких основаниях мигрантам и их потомкам предоставлять гражданство страны.

           При решении вопроса о предоставлении гражданства следует учитывать, каким образом мигранты воспринимают страну прибытия – как ресурс для самореализации на своей второй родине или как возможность жить в новом месте «по своим законам», вопреки мнению и интересам коренного населения, используя возможности этой страны для присвоения различными способами средств производства.

            Выработка новых подходов к регулированию вопросов предоставления гражданства необходима также потому, что «новые» граждане получают право работать как в государственных органах, так и на объектах специальной инфраструктуры – электростанциях, включая атомные, военных базах с ядерным оружием, на транспорте, и могут, по мировоззренческим мотивам или под воздействием внешних сил, осуществлять политическое влияние или совершать противоправные действия. В последнее время растет число терактов, совершенных в странах приема мигрантов натурализованными иностранцами по мировоззренческим и радикально-религиозным мотивам.

Лингвоцивилизационные аспекты интеграции мигрантов

            Миграционные потоки размывают сложившийся в государствах национальный уклад жизни и способствуют разделению общества по языковым, этническим, конфессиональным признакам. Повсеместно наблюдается тенденция к анклавизации мигрантов.

           В связи с этим возникает множество вопросов – предполагает ли иммиграция смену идентичности мигрантов в соответствии с идентичностью граждан страны пребывания, либо происходит формирование новой, ранее не существовавшей идентичности? Должна ли меняться лингвоцивилизационная структура общества? Возникает ли необходимость к «принуждению» мигрантов не только изучать, но и общаться на языке страны пребывания?

           Должно ли коренное население, веками проживающее на родных территориях и создавшее уникальное культурное и научное наследие, производственный потенциал, подстраиваться под чуждые себе лингвоцивилизационные установки и правила, менять свою культуру и самосознание, политические институты и законодательство? Независимо от ответа на этот вопрос необходимо признать, что под влиянием миграционных процессов в обществах стран-реципиентов происходят объективные структурные изменения, понять которые и спрогнозировать их развитие – ключевая задача начала 21 века.